Энди Дюфрейн, главный бухгалтер одной из фирм, оказывается в центре судебного процесса. Его обвиняют в страшном преступлении — двойном убийстве. Жертвами стали его супруга и её близкий друг. Приговор суда неумолим: пожизненное заключение. Местом отбывания наказания становится печально известная тюрьма Шоушенк.
За высокими каменными стенами этого учреждения царит свой собственный, жестокий мир. Здесь попираются все понятия о справедливости, а сила и власть определяют правила игры. И заключённые, и надзиратели подчинены негласным, но железным законам, ломающим человеческую волю. Многие смиряются с мыслью, что эти стены станут их последним пристанищем.
Однако Энди — человек особого склада. За спокойной внешностью бывшего финансиста скрывается острый, проницательный интеллект и внутренняя стойкость. Он не собирается ломаться под давлением системы. Вместо этого он начинает внимательно изучать окружающую его реальность, ища в ней слабые места и возможности.
Постепенно, шаг за шагом, он выстраивает уникальную стратегию выживания. Его профессиональные знания неожиданно находят применение в тюремном быту. Он начинает с мелких услуг, расчётов и советов, демонстрируя незаурядную компетентность. Это привлекает к нему внимание сначала других обитателей камер, а затем и тюремной администрации.
Ключевым становится его умение находить общий язык с самыми разными людьми. С заключёнными он говорит на их языке, проявляя уважение и понимание. С охранниками и начальством он держится как уверенный специалист, чьи навыки могут быть полезны. Он избегает конфронтации, но при этом никогда не теряет собственного достоинства.
Со временем его положение в иерархии Шоушенка меняется. Из просто очередного «новенького» он превращается в своеобразный неофициальный центр притяжения и даже уважения. Он не просто приспосабливается к системе — он начинает по-своему влиять на неё, создавая вокруг себя островки иного порядка. Его история становится свидетельством того, что даже в самых бесчеловечных условиях можно сохранить в себе что-то важное и, вопреки всему, остаться человеком. Эта внутренняя свобода в итоге оказывается сильнее любых решёток.
