Марисса Ирвин подъезжает к дому, адрес которого ей продиктовал сын по телефону. После уроков он заскочил к новому приятелю — так, мимоходом, всего на часок. Она стучит в дверь, поправляя сумку на плече. Открывает незнакомая женщина, взгляд спокойный, даже отстранённый.
— Здравствуйте, я за Лео. Он здесь?
Женщина медленно качает головой. Её лицо не выражает ни удивления, ни беспокойства.
— Простите, о каком мальчике речь? У нас сегодня никого не было.
Марисса замирает на пороге. В ушах начинает нарастать глухой шум. Она переспрашивает, стараясь говорить чётко, но голос даёт трещину. Женщина лишь пожимает плечами, её ответы остаются неизменными: она не знает, не видела, не слышала. Дверь постепенно закрывается, а Марисса всё стоит на крыльце, в руках зажатый телефон с последним сообщением от сына: «Ма, я у Артёма, потом домой».
С этого момента мир переворачивается. Каждая секунда растягивается, превращаясь в мучительное ожидание. Она обзванивает всех, кто мог что-то знать, — учителей, родителей одноклассников, друзей. Никто не видел Лео после школы. В голове проносятся обрывки мыслей, страшные сценарии, от которых холодеет внутри. Она снова мчится к тому дому, но окна теперь тёмные, никто не отвечает.
Это чувство — пустота в груди, леденящий страх, беспомощность — знакомо каждому родителю хотя бы в кошмарных снах. Но когда оно становится реальностью, воздух будто выходит из лёгких. Поиски только начинаются, а время уже работает против неё. Где её мальчик? Почему та женщина сказала, что его не было? Куда пропал новый друг, о котором Лео говорил с таким воодушевлением?
Марисса не знает, что делать дальше. Она звонит в полицию, голос дрожит, слова путаются. Офицер на другом конце провода задаёт размеренные вопросы, но ей кажется, что всё происходит слишком медленно. Каждая минута промедления — это вечность. Она смотрит на экран телефона, надеясь увидеть новое сообщение, услышать знакомый смех. Тишина становится невыносимой.
Именно так, с обычного дня, с простого визита к другу, начинается история, которую боится представить любой отец или мать. Мир в одно мгновение теряет краски, оставляя лишь оттенки тревоги. Остаётся только верить, что этот кошмар скоро закончится, что мальчик вернётся домой целым и невредимым. Но пока ответов нет, а часы тикают неумолимо.
